ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Произойдёт? — забеспокоилась Селена. — Надеюсь, не страшное? Просто изменения в жизни? Коннор, говори! Ты напугал меня!

— Если б хотел пугать, — сказал мальчишка, сразу сообразивший, что она имеет в виду, со страхом поглядывая на лес, — сказал бы прямо. Нет, даже не сказал бы, а велел бы всем уходить отсюда. Но здесь пока ничего такого… А вот с Анитрой и правда интересно.

— Коннор! — завопила набегавшаяся Ирма, которая от усталости до сих пор вяло плелась за Колином — лишь бы не отстать. — Лови меня-а! — И с разбега бросилась прямо на мальчишку.

— Ирма! — всполошённо закричал следом Колин.

А Люция вскинула мгновенно выброшенное из лопаток крыло!

Как в мгновениях оцепенелого сна, Селена услышала резкий вскрик Колина, увидела на взлёте изумлённые глаза Ирмы и вскинутый к ней край драконьего, пока ещё маленького крыла, на верхнем пальце которого страшно торчал коготь.

Коннор, сидевший, мягко прыгнул с места, словно опытный тренированный футболист, — с коротким односложным словом, интонации которого приказывали. И уже в воздухе поймал взвизгнувшую от неожиданного перекидывания Ирму. Он прижал волчишку к себе, побелевший от пережитого, а потом только и сумел выговорить:

— Фу-у… Ну ты меня… Вы меня и напугали!..

Подбежавший Колин взял у него с рук сжавшуюся Ирму, а чуть опоздавший за ним Хельми поднял с земли балахончик, из которого волчишка вывалилась при оборотничестве, и сунул его на локоть мальчишки-оборотня.

Коннор поднял свои руки и признался:

— Никогда не видел, чтобы руки от страха тряслись.

Девушка осторожно протёрла свои взмокшие от пережитого страха лоб и скулы и хотела было ядовито съязвить: мол, кажется, всем нашим травницам и травникам придётся собирать только успокоительные сборы — иначе ребёнка с нормальной, здоровой психикой мне не видать. Но проговорила всю претенциозную фразу про себя, а вслух сказала, стараясь сдержать внутреннюю дрожь, чтобы не заметили, как она перепугалась, и стараясь, чтобы прозвучало шутливо и мечтательно:

— Хочу, чтобы прямо сейчас здесь очутился Кам с кувшином моего чая!

Эффект заявленного желания пропал втуне. Люция, сидевшая, опираясь на разложенные одеяла единственным крылом, и изучающе разглядывавшая Ирму, всё ещё судорожно вздыхавшую от страха, который поняла только сейчас, вдруг сказала:

— Это — Ирма!

Причём высказалась с нотками удивления.

Хельми присел рядом с Люцией, помог втянуть крыло, одновременно подтверждая:

— Да, это Ирма. Она тебя напугала?

Селена чуть не хмыкнула: кто ещё кого напугал!

Но Люция перевела раскосые глазища на Коннора. Он было неохотно улыбнулся ей — и вдруг застыл. Глаза в глаза — с девочкой-дракончиком. Она смотрела недолго, перевела взгляд на Хельми и заулыбалась, когда снова перекинувшаяся Ирма подсела к ней и, уже успокоенная, начала рассказывать о птичьем гнезде, которое показал ей брат.

А Коннор снова опустился рядом с Селеной и сжал ей руку.

— Селена, не обижайся на Люцию. Если бы я сейчас в таком состоянии не был, мне было бы трудно считать с неё. Но когда я вот так… напуган («Адреналин в крови, скорее всего», — решила девушка), я вижу сразу. У Люции это ответное действие на резкое движение со стороны. Она даже не думала…

— Рефлекс? — подсказала Селена. — Машинальное действие?

— Хм… Этого слова не знаю. Объяснишь потом, ладно? Хельми, ты, кажется, считал с Люции про этот случай раньше, да? (Мальчишка-дракон кивнул) В общем, однажды на них напали металлические твари — летающие. Они были похожи на птиц: вытянутая голова, только тупая — без клюва; два крыла жёстко в стороны и раздвоенный хвост. Пока Аманда с Эрно отбивались от них, Люция тоже страшно испугалась — и впервые выпустила боевое крыло, как сейчас.

— Боевое — это с-с когтем, — тихо вставил Хельми.

— Ты видела её крылья. Помнишь, у неё на левом как будто ниточка? Эти птицы распороли ей крыло, когда она пыталась защитить Эрно. Когда Ирма прыгнула, у Люции проснулась память о том нападении. Это я с неё и считал. Люция увидела, что на неё что-то летит и…

— Среагировала, — добавила девушка, когда Коннор замешкался в попытках подобрать слово. — Ты это имел в виду?

— Угу. — Мальчишка покосился на дружески болтающих девочек, оборотня и дракончика.

— С-селена, ты должна рассказать Колру про боевое крыло, — сказал Хельми.

— Почему?

— Люция должна узнать очень с-строгие правила. Она должна будет с-следить за с-собой, чтобы не выкидывать крылья вот так, не подумав. Иначе в будущ-щем ей будет плохо. Колр про боевые крылья не знает. Обычно они выходят гораздо позже.

— А почему ты сам ему не скажешь?

— Он из чужого клана, — последовал ответ.

Селена несколько секунд сидела молча, глядя на мальчишку-дракона.

— Не поняла, — призналась она. — Честно. Значит, если вдруг я попаду в ситуацию, когда мне будет нужна помощь Колра, ты за ним не пойдёшь?

— С-селена, я говорю о внутриклановых проблемах.

— Так. Значит, ты воспринимаешь Колра как чужака? Тогда почему ты спокойно воспринимаешь Люцию? Возишься с нею, играешь… Она ведь член его клана!

Как ни странно, Хельми покраснел. Раскосые глазища потемнели.

— Люция другая.

— Знаешь, что я скажу тебе, Хельми, — скептически глядя на него, сказала Селена. — По-моему, ты просто насторожённо относишься к Колру, потому что он прилетел не только для того, чтобы учить тебя, но и для того, чтобы выяснить, кто ты. Пора забыть эту ребяческую обиду. Ты дракон, Хельми. А драконы должны вести себя мудро. Как мне сказали… — добавила она насмешливо. — Так вот. Как хозяйка места, я хочу (учти, Хельми, — только хочу), чтобы ты подошёл к Колру и сказал ему, что малышка Люция уже умеет выпускать боевые крылья. — И, вздохнув так, чтобы мальчишка-дракон услышал этот вздох, договорила: — И вообще, мне очень хочется, чтобы в моей деревне все были в дружеских отношениях. Мне… как-то неприятно, когда в моей деревне — и вдруг какие-то кланы чуть не воюют.

После недолгого молчания Коннор хлопнул Хельми по плечу и предложил:

— Пошли вместе. Я постою рядом, чтобы он тебя не съел, пока ты говоришь про Люцию.

Первым рассмеялся Колин, потом Хельми. А к Колру они пошли втроём.

17

Эта прогулка показала Селене, что магически она ещё плохо воспринимает окружающий мир, в отличие, например, от Коннора, хоть ей и повторяли, что способности у неё сильные.

Два часа, отпущенные Джарри на экскурсию, медленно, но верно сокращались. Бернар без устали исследовал место и его травяной покров. Маги, девочки и мальчики, во главе с Анитрой и плетущимися в конце Вильмой и Моди (которые старательно делали вид, что их здесь нет) почтительно ходили за старым эльфом.

Ринд с Гердом всегда появлялись и снова пропадали неожиданно: они оставляли свои балахоны в каком-то укромном месте, перекидывались, а потом жадно изучали окрестности, неутомимо и стремительно носились среди кустов и деревьев. Несколько раз Селена даже успела их заметить, когда они в чёрно-зелёных лесных тенях мелькали тенями серыми, время от времени резко останавливаясь. Лишь где-то раза два, снова перекинувшись и одевшись, прибегали поесть мясных полосок и выпить взятой с собой кипячёной воды или компота.

Ожидая остальных, смягчённая тёплым спокойным денёчком и звенящим щебетом разноголосых лесных птиц, Селена успела подремать, причём девочки, Ирма и Люция, последовали её примеру, устроившись на ней головами, как на подушке. А когда Селена вышла из дремоты с твёрдым намерением начать подготовку к возвращению, она обнаружила ещё и прикорнувшего на её руке Вади. Будить было жаль, и она снова заставила себя расслабиться.

Братство как-то выпадало из её полусонных наблюдений за участниками учебного пикника. Иной раз, открывая глаза, она видела Коннора, который сидел рядом и задумчиво смотрел на лес. А потом, очнувшись от сна, она видела братство в полном составе, что-то обсуждающее, а внутри братства — Оливию на руках Мирта.

42
{"b":"261703","o":1}