ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Члены культа сбивают едва приземлившихся ангелов в воду, но в процессе борьбы тоже срываются вниз - белоснежные простыни развеваются на ветру.

Едва какой-нибудь ангел пролетает рядом с мостом – фанатики ныряют в залив. Они как реактивные снаряды врезаются в ангелов, и те под весом, которого совсем не ожидали, камнем летят в воду – клубками конечностей и крыльев. Умеют ли плавать лысые смельчаки? Будем надеяться – да.

Мама как заправский генерал выкрикивает приказы, и ей все равно, что никто не может ее услышать. Тем не менее людям понятны ее жесты: она активно машет руками, распределяя сектантов по группам, и те грациозно летят с моста.

У этих ребят отличный стимул: ухватившись за ангела, можно замедлить падение – это шанс пережить удар и погружение в воду. Те, кому это не удается, скорее всего, погибнут.

С одной стороны, я беспокоюсь, что мама возьмет и сиганет с ними. А с другой, вряд ли она оставит свой пост – эта женщина и война просто созданы друг для друга. К тому же добровольцев хватает.

Пока мама при деле, она не будет сходить с ума, переживая за Пейдж. А я все равно волнуюсь: рой может атаковать нас в любую секунду, выступив на стороне ангелов, и это будет значить только одно – моя сестра проиграла Седой Пряди.

Мы держим оборону лучше, чем я полагала, и в душе расцветает маленькая надежда: шанс выиграть эту битву все-таки есть. Но когда я уже представляю счастливые крики людей, небо внезапно темнеет – ангелы прибывают.

Новая волна. И она внушительней прежней.

Приближаясь к мосту, ангелы спускаются к воде: опрокидывают наши лодки и подают руки раненым и промокшим насквозь товарищам. Люди в панике гребут к берегу, а воины хватаются за борта катеров, пытаясь забраться внутрь. Они трясут крыльями, разбрызгивая воду, и похожи на тонущих коршунов.

Стрелки встречают гостей градом пуль. Кого-то им удается достать – ангелы продолжают падать с неба в залив, полный голодных акул. Но вновь прибывшие держатся в стороне: словно явились не драться, а так – поглазеть на драку. Они видят, что происходит, но не спешат вмешаться.

Пока я пытаюсь сообразить, что же задумали ангелы, стая делится на три группы. Первая явилась вслед за саранчой. В ее составе Уриил, он что-то кричит своим приближенным. Вторая – бесконечность крыльев и мощных тел – парит несколько выше первой. Я чувствую ледяные взгляды: нас оценивают, осуждают. И наконец третья – небольшая горстка из тех, кого с трудом можно назвать ангелами: их крылья черны и изодраны. Среди них Адонис с белоснежными перьями.

Раффи со своими Хранителями.

Если одни прилетели сюда с Уриилом, а другие – с Раффи, то зачем явились все остальные? Поглазеть на охоту, что ли?

И тут до меня доходит, что настоящей битвы еще не было. Худшее впереди.

Даже если Уриил успел пожалеть о своей затее и был бы не прочь испытать силы в другой раз, отступить он уже не может – только не на глазах целого сонма ангелов. Их поразит то, как он запросто сдался. Что за охотник бежит от своей жертвы?

Уриил и его команда осознают это в тот же момент, что и я, потому как спустя секунду они пикируют вниз.

Динамики разрывает. Чем ангелы ближе – тем хуже приходится их ушам. Но они твердо решили атаковать.

Свет гаснет, и мы снова остаемся в кромешной тьме.

Я чувствую, как сотрясается сцена – вокруг меня приземляются массивные тела.

Прожекторы загораются.

Рядом со мной три воина. Они кружат на месте, зажмурив глаза и молотя кулаками воздух. Им ничего не видно, кошмарный звук превращает мозги в кашу, но ангелы готовы сражаться.

Они везде – по всему периметру моста. Кто-то приземлился неудачно и лежит с переломами на бетоне. Но многим из них удается подняться и присоединиться к тем, чья посадка прошла успешно. С ранами и в крови, прикрывая глаза и уши, они все равно смогут убить тех, кто окажется рядом.

Это начало резни. Люди уносят ноги, либо отчаянно борются. В такой суматохе снайперы рискуют попасть в нас и потому прекращают стрельбу. Огонь на мосту нанесет потери нашим рядам, а ангелы, оставшиеся наверху, вне досягаемости пуль.

Клинки наши враги не достают. Возможно, помнят о маленьком трюке, который я провернула, обезоружив целую стаю своим мечом, которым, кстати, уже не владею. Или дело в излишней самоуверенности.

В подобной схватке ангелов не победить. Наземная команда готова была сразиться с теми, кто прорвется сквозь обстрел или, будучи раненым, упадет не в залив, а на мост – но не с целой же вражеской стаей! Сжатые сроки не позволили продумать все варианты – такой поворот мы не учли.

Ангелы не сдерживают ярости – они забивают людей до потери сознания, ломают спины наших солдат и швыряют трупы с моста. Стрелки плюют на риск зацепить кого-то из нашей команды и начинают палить во врага из винтовок и револьверов.

Ко мне приближается воин, и я поднимаю повыше нож. По сравнению с мечом, которого я лишилась, он кажется хрупкой иголкой. Не знаю, видит меня этот ангел или вконец ослеп, но на его свирепом лице отражается жажда убийства. Он намерен кого-то прикончить. Вопрос только в том – кого.

Если мне повезет, я смогу его побороть, и, наверное, справлюсь с тем, кто придет за ним, но надолго меня не хватит. А «надолго» я называю ближайшие десять минут.

Кажется, мы облажались.

ГЛАВА 63

Мы понимали, на что идем, но мне оттого не легче. Мы знали, что шансы выжить равны нулю, но когда смерть смотрит тебе в глаза – ты обо всем забываешь.

Я готова биться до последнего, но руки дрожат и едва ли мне подчиняются. Я не смогу эффективно драться, если сейчас же не успокоюсь. Но во мне слишком много адреналина, он сводит меня с ума.

Пока я пытаюсь избрать адекватную стратегию боя и пробегаю по всем своим вариантам, боковое зрение улавливает движение. Еще один ангел крадется ко мне со спины. Златокрылый, с точеным лицом и ледяными глазами убийцы.

Еще до того, как я понимаю, что мне конец, врага заслоняют крылья белее снега.

Раффи.

И с ним пара Хранителей.

Пульс подскакивает, хотя я думала, что сердце и так выжимает свой максимум. Раффи повернут ко мне спиной, будто уверен, что я на него не нападу, несмотря на наш статус врагов.

Он бьет кулаком моего противника, а затем скидывает его со сцены.

Я выдыхаю. Облегчение накрывает меня с головой, посылает дрожь в ладони. Раффи выступил против ангелов, не стал трогать людей.

Он обнажает меч и готов меня защищать. Я разворачиваюсь ко второму нападающему и наношу ему пару ударов ножом. Хранители встают по бокам, теперь мы прикрыты со всех сторон.

Ангел, с которым сражаюсь я, уклоняется от лезвия, но подсечки не избегает – он с грохотом падает вниз. Наши враги не привыкли к борьбе на ногах.

Поверженный ангел откатывается подальше и вслепую ищет новую жертву.

Раффи оглядывается на меня.

Его лицо впервые не кажется мне совершенным.

Он щурится от рези в глазах и часто моргает.

Но все равно пришел мне помочь.

Несмотря на кошмарный рев и ослепляющий свет. Он пришел.

Я лезу в карман и достаю пригоршню берушей. Раффи недоуменно глядит на оранжевые затычки, лежащие на ладони, затем поднимает взгляд на меня. Подцепив одну из них, я вставляю ее в его ухо.

Он все понимает и проделывает то же самое со второй. Я знаю, берушами ему не обойтись, но они хотя бы немного притупят звук. Так и есть: лицо Раффи слегка расслабляется. Он кивает Хранителям, и те берут у меня по паре затычек.

Я на секунду заключаю Раффи в объятия. Мне не важно, что нас могут увидеть. Но Раффи не так беспечен, как я.

В подтверждении моих мыслей он поднимает глаза к небу. Хранители, а с ними и адские твари, держатся подальше от битвы, там, где шум не настолько мощен. За ними – крылатая публика. Возможно, это просто мое воображение, но от их ледяных неодобрительных взглядов по коже бежит мороз.

52
{"b":"259163","o":1}