ЛитМир - Электронная Библиотека

Хаос воцарился на некогда спокойной и уютной равнине Верна-Юль. Всё вокруг полыхало. Земля стонала и дымилась. Небеса стали багровыми. Люди задыхались от недостатка воздуха и падали наземь. Так прошёл час. За ним другой. После этого полководцы, что имперские, что республиканские, потеряли практически все нити управления своими войсками. Кто? Где? Чей? Непонятно. Требовался толчок вперёд, дабы расчистить пространство и дать свободу манёвра войскам, которые сцепились в смертельной битве, словно два бульдога на арене. И военачальники кинули в бой свои последние резервы. Республиканцы – народную стражу, две пятитысячные пехотные бригады из Коцки, а Марк Четвёртый, разумеется, свою гвардию, три двухтысячных пехотных полка.

Свежие батальоны столкнулись, и опять никто не мог объявить себя победителем. Нужен был ещё хотя бы один-два свежих полка или отряд чародеев. И эти силы нашлись у республиканцев. Генералы восточных конфедератов кинули в сражение две сотни жрецов Неназываемого Подателя Всех Благ, служителей новой религии, которая быстро набирала силу, вес и влияние во всех враждующих с империей государствах. И сторонники нового бога, как правило бывшие жрецы имперских культов, переломили исход битвы на Восточном тракте. Они смогли блокировать действия остверских чародеев, поделились с республиканскими кудесниками силой, дали им передышку в полчаса, а затем сами атаковали ставку Марка Четвёртого и его гвардию.

Маги имперских школ и жрецы разных культов держались, сколько могли. Однако силы были неравны. Полторы сотни чародеев не удержали натиск втрое превосходящих врагов, которые, как и они, имели на вооружении весьма сильные артефакты. После чего оборона рухнула и началось отступление остверской пехоты и гвардейской кавалерии. А за ними отход осуществили и остальные части и подразделения имперских войск. И вот теперь, спустя ещё полчаса, барон Ангус Койн и оставшиеся вместе с ним маги из нескольких разбитых батальонов и полков резервной армии императора и лишившаяся лошадей рота синих гвардейцев сдерживают противника в стороне от транспортной магистрали. Где император и остальные части гвардии, маг не знал, вроде бы невдалеке и тоже продолжают бой. Какова обстановка на равнине, ему тоже было неизвестно. Но он твёрдо понимал одно: отступить нельзя. Необходимо дать время жрицам Бойры Целительницы на эвакуацию военно-полевого госпиталя, который находился за его спиной. Ведь за пару-тройку часов мясорубки на Восточном тракте скопилось свыше трёх с половиной тысяч тяжелораненых, среди которых было немало временно потерявших всякую боеспособность молодых магов и жрецов…

Дзинь!!! – прерывая мысли барона, над полем боя разнёсся неслышный обычным людям противный звук. Республиканцы пробили в щите имперских чародеев брешь, и он вот-вот исчезнет. Койн глубоко вздохнул, сплюнул скопившуюся во рту смесь из слюны и крови и влил в защиту остатки накопленной силы.

«Ещё минута, может, меньше – и всё, конец», – равнодушно подумал барон, схватился за висящий на груди практически разряженный артефакт и, преодолевая собственную слабость, снова потянулся к магическим энергопотокам. И в этот момент кто-то положил ему на плечо руку и Койн почувствовал, как через него в щит вливается уже готовая к применению сила. Причём её было настолько много, что невидимая магическая пелена моментально стала подобна монолитной стене, которой не были страшны удары вражеских жрецов.

«Что такое?!» – мысленно воскликнул чародей и развернулся к тому, кто укрепил магическую защиту сводного отряда и поделился с ним своей энергией. Койн посмотрел на нежданного помощника и удивился. Перед бароном стоял не архимаг одной из школ или мощный жрец имперского культа, как он того ожидал (ибо кто ещё в самый разгар сражения может сохранить силу, да ещё и поделиться ею?), а мускулистый полуголый брюнет с ирутом в правой руке и красным узлом под ногами, по виду его ровесник. В общем, человек на поле боя уже сам по себе странный. Но что ещё более странно, лицом незнакомец был немного похож на первого остверского императора Иллира Анхо, статуя которого вот уже более тысячи лет стояла перед входом в административное здание Академии магии и колдовства.

Впрочем, у Койна не было желания спрашивать, кто этот человек и откуда он. Чародей сразу определил его как «своего», и этого было достаточно. Главное, что обладающий огромной силой и умением незнакомец помог отряду и, видимо, был готов оказывать поддержку дальше. Поэтому чародей рукавом стёр с лица кровь, которая тоненькой струйкой текла из его носа, слегка поклонился и под взглядами подчинённых, которые, как и он, смотрели на необычного человека с удивлением, представился:

– Барон Ангус Койн, маг школы «Торнадо».

Чародей ожидал, что похожий на первого остверского императора брюнет представится в ответ. Но тот лишь слегка кивнул. И, глядя на медленно выступающих из дыма республиканских пехотинцев Национальной стражи, сказал:

– Слушай меня внимательно, чародей Койн. В паре километров от вас, за дорогой, прижали вашего государя. Его необходимо выручать. Понимаешь меня?

– Да, – ответил Койн, машинально отмечая, что прозвучало слово «вашего», а не «нашего». – Но между нами и императором вражеские войска, а у нас нет резервов.

– Я ваш резерв, – усмехнулся незнакомец, который был совершенно спокоен и уверен в себе, настолько, что невольно это чувство стало передаваться окружающим.

– И что вы предлагаете?

– Наступать. Сейчас я с вражеским отрядом разберусь, и двинемся вперёд. Как зовут командира синих гвардейцев?

– Полковник Инча Чигораш. – Маг указал на полного усатого воина лет пятидесяти, который находился в центре готовых принять свой последний бой гвардейцев Синей Свиты императора Марка.

– Хорошо, фамилия старая, будем надеяться, что потомок не хуже предков. Ты пока готовь своих магов, небольшую передышку я вам дам, а полковник обеспечит боевое охранение. На прорыв пойдём по стандартной схеме. На отдых вам десять минут. И это… – полуголый брюнет кивнул на узел под своими ногами, – присмотри за вещами.

– Всё ясно. – Как младший старшему, Койн снова поклонился. – На отдых десять минут. За узлом пригляжу.

Незнакомец направился к полковнику Чигорашу, а Койн посмотрел ему вслед, кинул косой взгляд на оставленный им треугольный сверток, от которого прямо-таки разило чем-то чужим и недобрым, и мысленно начал отдавать приказы сгрудившимся вокруг него магам и жрецам: «Принять эликсиры! У кого излишек, поделитесь с товарищами! Вскоре пойдём в атаку, императора спасать!»

Его услышали. Началась суета, и Койн принял эликсир, который частично снял с него усталость и немного взбодрил. Снадобье он готовил сам, специально для себя, и оно подействовало именно так, как было нужно. Лёгкая минутная слабость. Головокружение. Рвотные позывы, а затем всё проходит, и он снова свеж и готов к бою. Маг опять закрыл глаза и оглядел щит, который держался без всякого вмешательства имперских чародеев. Он было задумался, кто же этот незнакомец. Однако мысль почему-то ускользнула от него, и Койн понял, что сейчас не хочет этого знать. Позже, возможно, он будет вспоминать этот день во всех, даже самых малейших деталях и анализировать его. Но это будет потом. Да и то только в том случае, если барон Койн переживёт битву и выберется из мясорубки под названием сражение за Верна-Юль.

Тем временем республиканская пехота приближалась к позиции имперцев, а жрецы Неназываемого Подателя Всех Благ прекратили долбёжку магического щита и последовали за своими народными стражами. Вражеских воинов было не менее семи-восьми сотен, а служителей нового культа – около шести десятков. И они имели все шансы на то, чтобы быстро и без больших потерь уничтожить остверов. Но с имперцами был таинственный незнакомец, который после разговора с полковником Чигорашем, прикрывая свою неуместную на поле боя наготу, накинул на себя синий плащ с белым крестом Анхо на спине, вскинул над головой стальной клинок и вышел вперёд.

2
{"b":"254217","o":1}