ЛитМир - Электронная Библиотека

Александр Михайловский, Александр Харников

Рандеву с «Варягом»

Часть 1. Один день в Чемульпо

Нигде и никогда, вне времени и пространства

ГОЛОС звучал, перекатываясь в головах людей громовыми волнами.

– Службе Обеспечения Эксперимента приступить к созданию темпоральной матрицы!

– Докладывает Служба Обеспечения Эксперимента. Сканирующая линза создана, процесс обнаружения и локализации объектов запущен. – После длящейся вечность паузы, заполненной стуком метронома, ГОЛОС продолжил: – Обнаружено и локализовано шестнадцать надводных и два подводных объекта, объекты в воздухе отсутствуют. Приступаю к процессу сканирования. Десять… двадцать… пятьдесят… восемьдесят… сто… Сканирование завершено, матрица сформирована.

– Службе Обеспечения Эксперимента приступить к трассировке темпоральных узлов-реципиентов.

– Докладывает Служба Обеспечения Эксперимента. Трассировка темпоральных узлов инициирована. Первый доступный узел-реципиент – 4 января 1942 года от рождества Христова, координаты: сорок четыре дробь тридцать один в Гринвичской системе координат. Второй доступный узел-реципиент – 11 октября 1917 года, координаты пятьдесят девять дробь двадцать. Третий доступный узел-реципиент – 9 февраля 1904 года, координаты тридцать семь дробь сто двадцать пять. Четвертый доступный узел-реципиент – 5 июня 1877 года, координаты тридцать девять дробь двадцать пять… Остальные энергетически доступные темпоральные узлы-реципиенты заблокированы логическими запретами первого и второго уровней.

– Выявленные темпоральные узлы-реципиенты санкционированы, Службе Обеспечения Эксперимента приступить к процессу копирования матрицы.

– Служба Обеспечения Эксперимента к процессу копирования матрицы приступила. Первая копия – готово, копирование успешно! Вторая копия – готово, копирование успешно! – ГОЛОС хихикнул и в манере хорошо вышколенной стюардессы продолжил: – Дамы и господа, а также товарищи! Наш рейс прибыл в 1904 год, за бортом 9 февраля по григорианскому календарю, позиция – сто сорок километров восточнее порта Чемульпо. Местное время – ровно полдень. Командир корабля и экипаж прощаются с вами и просят сохранять спокойствие и мужество. О своих семьях не беспокойтесь, о них позаботятся ваши Оригиналы. – ГОЛОС посуровел. – Делайте что должно – и да свершится что суждено! Аминь!

Узел третий, день Д. 9 февраля (27 января) 1904 года. Желтое море, 140 километров западнее порта Чемульпо

Полдень. Над волнами Желтого моря медленно расползается линзообразное облако грязно-желтого тумана. Вот его стало сносить в сторону под резким и порывистым восточным ветром. Тут не было посторонних глаз, которые могли бы увидеть, как на только что пустой глади моря из тумана невесть откуда появились корабли под андреевскими флагами. Много кораблей – эскадра или даже флот…

12:01. ГКП ТАКР «Адмирал Кузнецов»

– Твою мать! – изумленно выругался контр-адмирал Ларионов, оглядываясь вокруг.

Ему было прекрасно известно и это место, и это время. Словно кто-то вложил в его голову знание об этом. Но удивляться произошедшему не было времени. Прямо сейчас в шестидесяти пяти милях отсюда крейсер «Варяг» вел свой смертный бой. Он пытался вырваться из мышеловки, пробиваясь через многократно превосходящие силы противника.

Глубоко вздохнув, контр-адмирал поднес микрофон к губам.

– В связи с переносом соединения в 1904-й год образовалось состояние войны с Японской империей, – сказал он. – Объявляю военное положение. Боевая тревога! «Москве» поднять в воздух вертолет ДРЛО. Выяснить обстановку, привязаться к ориентирам и доложить. – Ларионов стер со лба внезапно выступивший пот. – Соединению курс Ост, скорость пятнадцать узлов…

Он повернулся он к командиру авианесущего крейсера.

– Антон Иванович, – сказал он, превозмогая волнение. – МиГи в ангар, и поднимайте вертушки спецгруппы, для них сейчас основная работа будет. Да, и еще… Быстро доставьте сюда, на «Кузнецов», со «Смольного» группу Бережного, группу Антоновой, да и, пожалуй, всех журналистов. – Он задумчиво прищурился и, едва заметно вздохнув, добавил: – Дела завертываются непростые и крайне интересные… так что пусть будут под рукой.

– А может, все-таки стоит поднять дежурную пару в воздух… – попытался возразить капитан 1-го ранга Андреев.

– Нет, – отрезал контр-адмирал, – в этом году авиации противника нет. – Он как-то невесело усмехнулся и тихо добавил: – и даже не предвидится…

– Эфир чист, – будто подслушав разговор, доложил командир БЧ-4 авианесущего крейсера; голос его звенел каким-то удивленным воодушевлением. – Слышны только грозовые разряды, сиречь помехи…

– Вот видите, – кивнул контр-адмирал, – выполняйте и не сомневайтесь. Авиакрылу на такой дистанции делать нечего, а вот вертушки весьма пригодятся… Пока распорядитесь подготовить к вылету один Су-33 в комплектации разведчика. Отправим его в воздух чуть попозже, когда разберемся с местными делами.

12:05. Внешний рейд Чемульпо. Крейсер 1-го ранга Российского Императорского флота «Варяг»

Первый же японский снаряд попавший в крейсер, разрушил правое крыло переднего мостика, от чего возник пожар в штурманской рубке и были перебиты фок-ванты. На боевом посту погиб младший штурман – мичман граф Алексей фон Нирод, определявший расстояние до японских кораблей, и была полностью уничтожена дальномерная станция № 1.

В дальнейшем японские снаряды стали попадать в русский крейсер все чаще. Те снаряды, что давали недолеты, из-за чрезвычайно чутких взрывателей разрывались при ударе о воду, осыпая все вокруг тучами мелких осколков. Небронированные надстройки и шлюпки превратились в решето под этим железным дождем. Восьмидюймовый снаряд разбил шестидюймовое орудие № 3, вся орудийная прислуга погибла или получила ранения. Был тяжело ранен командир плутонга мичман Губонин, который продолжал командовать орудиями, отказываясь идти на перевязку. От разорвавшегося на палубе снаряда вспыхнули сложенные на шканцах 47-миллиметровые патроны с бездымным порохом. Горел деревянный палубный настил, а также вельбот № 1. Последующими попаданиями были подбиты шестидюймовые орудия № 8 и № 9 и 75-миллиметровое орудие № 21, 47-миллиметровые орудия № 27 и 28. Другие попадания почти снесли боевой грот-марс и уничтожили дальномерную станцию № 2. На жилой палубе возник пожар, который с трудом удавалось сдерживать. Горели матросские рундуки.

На траверзе острова Идольми попаданием восьмидюймового снаряда, выпущенного с «Асамы», на Варяге перебило бронированную трехдюймовую трубу, по которой проходил электропривод руля. Почти одновременно с этим шестидюймовый снаряд разорвался у фок-мачты. Через открытый проход в броневую рубку залетели осколки. Касательное ранение в голову, отягощенное контузией, получил командир крейсера капитан 1-го ранга Руднев. Наповал убило стоявших по обе стороны от него штаб-горниста и барабанщика. Тяжелое ранение в спину получил стоявший на штурвале рулевой старшина Снегирев, ординарца командира квартирмейстера Чибисова ранило в руку. Управление крейсером было перенесено в румпельное отделение. Но, несмотря ни на что, русский крейсер продолжает двигаться вперед.

Противник уже на траверзе. Еще немного – и… Действия русской мини-эскадры изрядно сковывает канонерская лодка «Кореец», полный ход которой не превышал одиннадцати узлов. Но русские своих не бросают – и самый быстроходный, и самый тихоходный корабли Тихоокеанской эскадры вынуждены прорываться вместе. Отдельное спасибо за это начальнику штаба Наместника Дальнего Востока контр-адмиралу Витгефту. Вот уж напланировал так напланировал!

12:12. ГКП ТАКР «Адмирал Кузнецов»

– Видим бой! – доложили с подпрыгнувшего на трехкилометровую высоту вертолета ДРЛО Ка-31. – Все как по учебнику, товарищ контр-адмирал! «Варяг» весь в огне, ведет бой. У японцев один крейсер тоже хорошо горит, остальные почти не тронуты. Шестеро против одного, товарищ контр-адмирал.

1
{"b":"217777","o":1}