ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца

Николай вздрогнул и уж очень пытливо, с некоторой надеждой в глазах уставился на меня.

— Нет, к сожалению, не лечится, но жизнь человека, больного этой болезнью, с помощью специальных процедур и препаратов можно продлить на достаточно большой срок. Когда мы откроем посольство, я направлю к вам своего начальника медицинской службы, и она проведет нормальную качественную диагностику. Насколько я знаю, там есть несколько разных типов такой болезни и, соответственно, имеется несколько различных методик профилактики.

Николай кивнул:

— Хорошо…

А я решил его немного утешить. Как отец я его прекрасно понимал.

— Хотя перед самой войной вроде как что-то такое нашли и, если немного поднапрячься, возможно, и поможем вашей проблеме на генетическом уровне.

Император оставался внешне спокойным, но я увидел, как у него блеснули глаза — он действительно обожал свою семью, и мы давно решили на этом немного сыграть. Краем глаза я заметил, как просветлело лицо великой княжны Ольги, которая искренне любила племянников и племянниц, и как настоящая чистая душа сочувствовала горю своего брата.

Мария Федоровна положила руки на стол ладонями вниз и сказала:

— Господин генерал, вы дали много пищи для размышления. Если вы не против, то нам нужно обсудить сложившуюся ситуацию.

— Конечно, ваше императорское величество, да и меня дела зовут. Как и прежде, я оставлю Екатерину Анатольевну в качестве офицера связи, а сам вернусь в наш мир. Там тоже накопилось много дел.

На этом встреча была закончена, и, дав команду на взлет, я, проинструктировав Артемьеву, за судьбу которой абсолютно не опасался, направился к вертолету, который уже для прогрева запустил движки.

Через десять минут мы снова неслись над землей, а я всё проигрывал в голове состоявшийся разговор, прекрасно понимая, что как-то скомканно получилось, и Николай не такой уж простачок, чтоб, рассказывая ему сказочки, втереться в доверие. Одна надежда была на Марию Федоровну, которая с каким-то наслаждением ввязалась в эту историю и начала плести новые политические интриги, просчитывая, как на волне появления пришельцев из другого мира упрочить свои позиции в высших эшелонах власти империи.

Глава 10

Уже час, как, грохоча мощными двигателями, улетела боевая машина, которую пришельцы называли вертолетом, унося на борту генерала Оргулова, а император Всероссийский всё не мог успокоиться. Его трясло от той судьбы, которая была предписана ему и его семейству в другой истории, и на ум приходили передающиеся от отца к сыну слова монаха-предсказателя Авеля. Война, терновый венец, смерть семьи и море крови.

Чтобы прервать неприятный разговор, император дал команду накрыть на стол, и около часа ушло на поздний обед, во время которого по молчаливому согласию никто не обсуждал происшедшие события. Даже присутствующий за столом великий князь Николай Николаевич, пытливо поглядывающий на императора, вдовствующую императрицу и великую княжну Ольгу, помалкивал, хотя было видно, что он, профессиональный военный, сгорает от нетерпения узнать, что же такого здесь произошло.

Дождавшись, когда молчаливые денщики уберут со стола и приглашенные на обед гости покинут комнату, они снова вернулись к обсуждению сложившейся ситуации, прекрасно понимая, что сегодняшнее событие перевернет весь мир и вызовет такую бурю, что нужно основательно подготовиться и четко определить свою позицию…

Во время разговора с генералом из другого мира император внимательно наблюдал за этим головорезом в пятнистой форме. Чувствовалось, что тот что-то недоговаривает, но когда он стал описывать смерть императора, захват власти Гучковым, гражданскую войну и террор, то Николай видел по его глазам, что это правда, и от этого становилось еще страшнее…

Отправив гостей и дав команду достойно разместить женщину — офицера связи новороссов, император остался в той самой комнате, где недавно проходил тяжелый разговор, чтобы еще раз поговорить с матерью и сестрой. Не в силах держать всё это в себе, он поделился своими страхами с родными людьми и жалел о том, что рядом нет милой Аликс, но к его удивлению, Мария Федоровна, его матушка, спокойно на всё отреагировала.

— Николя, ты сгущаешь краски. Давай посмотрим на ситуацию с разных сторон.

В разговор вмешалась сестра:

— Николя, ты слишком всё драматизируешь, послушай маму, даже я вижу очевидные вещи.

— Какие же, поясни?

Сестра улыбнулась, так нежно и успокаивающе.

— Как говорится, кто предупрежден, тот вооружен. Даже если предположить, что часть того, что сообщил этот генерал — правда, то это дает информацию для размышления.

— Ты про эту войну и то, что нас в нее настойчиво втянули? Я это понимаю, но у нас есть обязательства…

Тут ответила Мария Федоровна:

— А скажи, дорогой сын, а часто ли наши союзники соблюдали взятые на себя обязательства? Зачем нам эта война? Ради чего мы воюем?

Николай раздраженно хлопнул ладонью по столу.

— Мама, и ты тоже? Я же говорил, что я дал слово, и у нас договоры с союзниками, и мы не можем предать.

И тут Оля, такая добрая и такая нежная, которая никогда не лезла в политику, с озлобленностью ответила, поразив императора напором и решимостью. Он не знал, что после путешествия в будущее и разговора с генералом Беляевым, который долго, с грустью и тоской в голосе, рассказывал, как из-за внутренних дрязг, ожесточенности и предательства союзников пала империя, она на многое стала смотреть по-другому.

— Николя, а что нам дают эти договоры? За что русские люди проливают свою кровь? За навязанные и разворованные французские кредиты? Опять за английские интересы? Опомнись, Николя, куда ты идешь! Куда ты ведешь державу?

Даже Мария Федоровна с удивлением смотрела на свою обычно тихую и спокойную дочь, не ожидая от нее такого демарша. А больше всего ее поразили слезы в глазах той.

— Дети, не ссорьтесь.

Ее спокойный и уверенный голос разрядил ситуацию.

— Николя, никто нам не мешает проверить этих пришельцев, а уж потом им доверять. Они хотят одного — покупать продукты, и готовы платить золотом по тем ценам, которые установим мы. Вот и давай пока на этом и остановимся. Кто и когда позволял России спокойно торговать, не вставляя палки в колеса?

— Я сам не могу принять такое решение.

— Можешь! Ты император Всероссийский, прояви характер. Может, они реально помогут Алеше, ты же видел, насколько они продвинулись в естественных науках.

С последним доводом Николаю было трудно спорить, сына он обожал и готов был пойти на всё, лишь бы тому помочь в его недуге.

— Всё равно я им не верю.

Это звучало как-то по-детски и вызвало улыбку на лице вдовствующей императрицы.

— А никто и не предлагает верить им. У меня этот генерал тоже вызывает сомнения, только подумай, ведь они не от хорошей жизни готовы закупать продукты. Значит, у них действительно голод. А теперь представь, что они обиделись и появились в той же Англии или Североамериканских штатах и предложили покупать много и всего, что тогда будет? Как отреагируют торгаши?

Последнее слово она буквально выплюнула с омерзением. В комнате наступила пауза. Аргумент был весьма серьезный, а Мария Федоровна добила Николая последним словом.

— Может быть, это посылка дьявола, а может быть, Божий промысел, который дает России шанс избежать новой кровавой смуты и, несмотря на старания союзничков, возвыситься и занять положенное место в мире как одной из величайших держав.

А вот это был сильный шаг, удар по больному самолюбию императора, которому так не хватало признания и народной любви, но вдовствующая императрица, прекрасно знающая реальное положение вещей, не смогла не оставить последнее слово за собой.

— Было бы интересно узнать, как в том мире вели себя по отношению к императорской семье наши многочисленные родственники. Кто из них предал, а кто до последнего момента поддерживал трон.

32
{"b":"209971","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца