ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

      В спальне уже стоял накрытый стол с завтраком, за который император и уселся.

      «Ммм… вкуснятина!» Он вгрызся в хрустящую лепешечку, смазанную чем-то розовым и сладким, с легкой кислинкой. Пока ему определенно нравилось быть императором.

      В двери робко поскреблись, и на повеление впустить вошли двое разодетых мужчин. Эрмиэль незаметно рассматривал их. Высокие, сильные, красивые. Один - с темно-рыжими волосами - чуть выше. Второй - с высокой прической из глянцево-черных волос, с синими холодными глазами. Откуда-то всплыло знание, лорд Эленвэль Тирет, канцлер, и лорд Брандиэль Крейг, глава Службы безопасности.

      «Странно, а как зовут слуг, я не помню…» - мелькнула у Кости мысль.

      - Ваше императорское величество, – поклонились они, – вы очнулись.

      В голосе лорда Тирета прозвучало еле заметное облегчение.

      - Как видите, – Эрми усмехнулся. Мужчины чуть побледнели, - и вполне здоров. Сколько я пробыл в беспамятстве?

      - Лунный месяц, государь.

      - Понятно. Что произошло, пока я… отсутствовал?

      - Мы представим вам все документы, государь. Сразу, как только вы пожелаете.

      «Лучше бы пояснили, кто есть кто…» - сердито подумал император.

      - Хорошо, – кивнул Эрми, – должен вам сообщить, что в результате… принятия я кое-что забыл. Вам придется мне напоминать некоторые вещи.

      Мужчины незаметно переглянулись.

      - Как прикажете, государь.

      Костя почувствовал, что засыпает. Это тело определенно было более слабым, чем его прежнее. Он недовольно проговорил:

      - Идите, я устал и хочу спать. Все завтра.

      Мужчины поклонились и вышли, а Костя упал на необъятное ложе и потянулся. Через несколько мгновений он уже спал.

***

      Просыпаться не хотелось. Костя полежал несколько минут, вспоминая восхитительный сон про императора и придворных, но тут ощутил мягкость кровати, нежность простыни, легкость покрывала и открыл глаза.

      «Не сон!»

      Это придало сил, и мужчина сел на постели, осматривая покои. Все было так, как он помнил. В ванной его уже ждали: пышная пена с приятным ароматом, вчерашняя пара мальчиков, мягкое полотенце… Хмыкнув, Эрми шагнул в воду и блаженно откинулся на бортик. Вода была в меру теплой и хорошо взбодрила.

      После вкусного завтрака Эрми велел одному из мальчиков приготовить одежду.

      - Да, господин, – пролепетал тот, – ваш личный раб уже ждет.

      Он махнул головой в сторону двери в углу, и Эрми понял, что там гардеробная. Большая комната, наполненная самыми разными костюмами, с огромным зеркалом, туалетным столиком и с парнем, стоявшем на коленях. В ошейнике.

      «Да что они тут все на коленях?» - хмыкнул мужчина. Память императора любезно подсказала, что перед господином раб стоит на коленях.

      - Помоги мне одеться, – приказал как можно надменнее Костя, нет, император Эрмиэль. – Что-нибудь не очень яркое.

      Юноша скользнул вперед и подал светло-серый костюм с фиолетовыми вставками, украшенный тонкой вышивкой. Он стал осторожно одевать императора, стараясь касаться как можно меньше. Потом причесал, заколол волосы и, отступив в сторону, снова опустился на колени.

      Эрми подошел к зеркалу. Оттуда на него смотрел ослепительно красивый и такой же надменный мужчина.

      «Нет, с этими слабыми мышцами определенно надо что-то делать», - мелькнула у него мысль.

      - Хорошо, – с удовлетворением сказал император и направился к выходу.

      Почти на грани слышимости до него долетел облегченный вздох.

      Эрми постоял у двери. Выходить было страшно, но и все время проводить здесь тоже нельзя. Резко выдохнув, он открыл дверь. Там стояли двое стражников и раб на коленях.

      «Опять!»

      - Проводите меня в мой кабинет. И скажите моему супругу, что я желаю его видеть сегодня.

      «Надо выяснить, наконец, почему у меня муж, а не жена, и что мне с этим делать».

      Константина в прошлой жизни никогда не привлекали мужчины. Ему нравились тоненькие, хрупкие девушки, нежные и ласковые: их нужно было оберегать, защищать и лелеять. Так что он собирался в скором времени сменить мужа на жену.

      Первым делом, что сделал Эрми, появившись в кабинете, был тщательный осмотр роскошных фолиантов в шкафу.

      «Раз уж я тут оказался, нужно узнать, что тут и как…» - рассуждал император.

      Прочитав о социальных отношениях здесь, он некоторое время сидел в ступоре. Оказалось, что мир населен исключительно особями одного пола, но с разными, весьма существенными отличиями.

      Люди - здесь они назывались дренаи - делились на 2 типа: способных к воспроизводству и стерильных. Всех их можно было разделить также на четыре вида: альфы, омеги, беты и дельты.

      К первому типу относились альфы - зачинающие, и омеги – создающие жизнь. Альфы становились командирами, правителями, главами домов. Омеги – выполняли репродуктивную функцию. Именно у них в период овуляции в клоаке открывался слепой отдел, где формировался кокон для зачатия зародыша. Через четыре лунных цикла первая внутриутробная фаза заканчивалась и кокон выводился из организма омеги. Почти все время внутриутробного развития, и особенно выведение кокона, сопровождалось сильными болями. В самых тяжелых случаях омега мог сойти с ума от страданий, -но это не имело значения: главное было вывести кокон. Его помещали в теплое место рядом с супружеским ложем. И во время соитий, он подпитывался энергией своих родителей, позволяя расти ребенку. И совершенно было все равно, в каком умственном или физическом состоянии находится омега. Через четыре лунных цикла кокон лопался и на свет появлялся омега, альфа, бета или дельта. Чаще всего бета. Их требовалось больше всего, и потому соотношение их к альфам и омегам вместе взятым составляло примерно десять к одному. После создания омегам нужно было не менее трех лет для полного восстановления. И счастье было для них, если попадался заботливый супруг, поддерживающий младшего все это тяжелое время.

      У второго типа, к которому относились беты и дельты, такого четкого разделения не было. Беты - сильные, крепкие, мощные особи - становились солдатами, рабочими, использовались там, где требуется физический труд. Другие - дельты, более слабые, хрупкие – становились домовой прислугой, целителями, художниками, портными, часто их отправляли в гаремы или брали младшими супругами. Фактически они были омегами, только не способными зачать ребенка. Случалось, что в результате плохого обращения, стресса или болезни происходил сбой и вместо полноценного создающего рождался дельта. Замечено было, что если омега во время созревания кокона вне его тела был нездоровым, то рождались только стерильные дети.

2
{"b":"198438","o":1}