ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Увидев, что я напрягся, он тут же сделал серьезное лицо, однако глаза его смеялись.

— Вам же развод может принести большие неприятности. Вы приходитесь сестрой двум королевам, и как только станете свободны, на вас начнется охота всех желающих получить доступ в королевский замок и в родственники к королям. И в достижении своих целей некоторые претенденты могут использовать методы, которые вам вряд ли понравятся, — проинформировал меня Эмануэль.

Бли-и-ин! А ведь он полностью прав! Я вспомнил преследования надоедливых воздыхателей в королевском дворце Родэна и вздрогнул. Продолжать подобные развлечения мне как-то совсем не хотелось. Нравится мне это или нет, но, похоже, разводиться действительно пока не стоит. Хотя бы несколько лет, а там посмотрим.

— А что бы вы могли мне посоветовать в таком случае? Если продолжать числиться замужней женщиной, то жить у братьев и сестер — это только плодить… э-э-э… нехорошие слухи о себе. Жить в вашем замке мне совесть не позволяет. Переходить в разряд настоящей жены я все так же не намерена, а в другом случае мне вроде как неудобно здесь находиться. Да и что я буду делать? Просто болтаться по замку, читать слезливые романы или ковыряться в нарядах мне неинтересно. Балы и охоту тоже не люблю. От скуки человек дуреет, и я могу тут тако-о-ого наворотить, — честно предупредил я герцога.

— Скажем так, одно дело вы себе уже нашли. Я имею в виду воспитание Эдвина. Приходится сожалеть об упущениях в его образовании, но сейчас я не знаю, как к нему подступиться. Методы убеждения на него не действуют. Упустил я то время, когда мог заставить его прислушаться к моему мнению. А он все же мой наследник. Надеюсь, что у вас получится… По крайней мере, можете попытаться, — стараясь казаться спокойным, с некоторой надеждой в глазах посмотрел граф.

Да уж. Тяжело сочетать добросовестную государственную службу и домашние обязанности, оставаясь при этом хорошим родителем.

— К тому же, насколько я знаю, вы хорошо разбираетесь в документации. Мне часто приходится работать с очень серьезными бумагами, которые рискованно доверять другим. Вы могли бы помочь в этом деле. Да и советы королеве вам, как ее сестре, будет проще давать, как и обсуждать с ней вопросы государственной важности, — совершенно серьезно предложил Советник.

Видимо, в данное время для меня это единственный и наилучший выход из создавшегося положения.

— Ну-у… Если вы действительно не против… и если вас не стесню… я, конечно, могу остаться… Но только хочу напомнить, что наш договор остается в силе, — поколебавшись, согласился я.

Не знаю уж почему, но мое решение устроило герцога. Может, здесь политика замешана, а может, и виды у него на меня? В любом случае, я решил не торопиться с выводами, однако сделал в памяти заметку: быть осторожным.

Для проживания мне выделили прекрасную комнату и служанку, а мою команду, как я и просил, расселили в соседних комнатах. Решив не забивать себе голову всякими подозрениями и вопросами, я отправился спать.

На следующий день Эмануэль представил меня своему отцу, предупредив перед этим, что у старика больные ноги, и попросил избегать разговоров о здоровье. Дедуле было лет семьдесят, и, для своего возраста, он выглядел просто замечательно. Высокий, стройный, с породистым лицом, которое хранило остатки былой красоты, и с гривой седых волос, он все еще мог рассчитывать на внимание прекрасного пола. Веселые, если не сказать озорные, глаза говорили о его общительном и легком характере. Судя по всему, если бы не болезнь, старый герцог вряд ли сидел бы дома. Своей серьезностью Эмануэль здорово отличался от отца.

Бертран, как звали старого герцога, обрадовался новому лицу в доме и весь обед с улыбкой косился на меня.

— Эмануэль, а не пошел бы ты заниматься своими делами? Я хочу с твоей милой женой немного побеседовать. Ты вечно занят, приедешь на день-два и уезжаешь. Надеюсь, наша прекрасная хозяйка не откажется время от времени скрашивать беседой одинокие часы моего существования? — по окончании обеда объявил дедуля и, не дожидаясь ответа, потащил меня в свой кабинет.

Мне пришлось рассказывать, рассказывать и еще раз рассказывать. Бертрана интересовало все, вплоть до того, что пришлось показывать, как вязать макраме. В какой-то момент, заметив, что я уже еле ворочаю языком, он приказал слуге принести ему музыкальный инструмент и, подыгрывая себе, спел несколько песен. Затем я спел пару песен…

Пение защищает и вдохновляет психику. Во время пения образуются новые нервные клетки, блокируется страх, стресс и прочие психические непотребства. И именно поэтому исследователь головного мозга, профессор Манфред Шпитцер, призывает петь как можно чаще и больше.

После нашего вокала мне действительно стало намного спокойнее, исчезла неловкость за пребывание у чужих людей, которых я попросту использовал в своих целях.

Разошлись мы далеко за полночь, довольные друг другом. У меня давно, да что там давно, никогда не было такого внимательного и благодарного слушателя. Общаясь с такими людьми, как Бертран, становится понятнее высказывание, что лучший собеседник — это тот, кто умеет слушать.

ГЛАВА 14

Близкое знакомство, ближе некуда

Все эти годы, с момента моего появления в этом мире, я имел ясную цель — повысить благосостояние семьи и переженить молодое поколение Гроссаро. Возведя это в ранг долга, благодаря которому моя жизнь была наполнена смыслом, я направил все силы на осуществление цели. Это давало возможность не думать о себе и своем месте в этом мире.

Пристроив братьев с сестрами и даже женив отца, я почувствовал пустоту. Первоначальное решение совершенствовать свои способности на какое-то время поддержало меня, но чем дальше в лес, тем меньше мне хотелось учиться. Любой навык, который мы стремимся приобрести, нарабатывается с определенной целью, для использования в будущем, а в данной ситуации будущее зависло передо мной в виде одного большого знака вопроса.

Предложение герцога вразумить его сына давало мне хоть какую-то устойчивость в этом мире, и я ухватился за эту возможность. Первым делом решил расспросить старого герцога о семье вообще и об Эдвине в частности.

Сразу после обеда Эмануэль вежливо поинтересовался, нет ли у меня каких вопросов или пожеланий. Услышав, что все в порядке и мне есть чем заняться, он, извинившись, удалился в свой кабинет работать с бумагами, требующими срочного рассмотрения. Как только он ушел, я тут же подкатил к старому герцогу и начал набиваться в собеседники. Бертран с радостью принял меня в компанию, и мы уселись на открытой веранде, выходящей на ухоженный сад.

В самом начале нашего общения он попросил разрешения обращаться ко мне на «ты». Я не возражал, ведь он старше меня нынешнего больше чем в три раза. Это с Эмануэлем у нас установились официальные отношения, как будто мы сотрудники одной фирмы, а с дедулей я чувствовал себя комфортно, как с настоящим родственником.

Мне не пришлось долго ходить вокруг да около, чтобы подойти к той теме, которая меня интересует. Герцог быстро догадался, что я хотел бы узнать, и приступил к рассказу.

Род Вэрински очень богат и вот уже несколько поколений пользуется большим влиянием при дворе. Его наследники часто росли и обучались вместе с королевскими детьми. Эмануэль также воспитывался с наследным принцем. Молодые люди стали друзьями и всегда поддерживали друг друга. Пятнадцать лет назад Эртан взошел на престол и пожаловал другу кучу всяких титулов и званий, после чего назначил Эмануэля своим Советником. Что фактически сделало его вторым человеком в государстве.

Богатство семьи и высокий статус были предметом зависти для желающих подняться. Множество знатных семейств жаждало заполучить Эмануэля в родственники или друзья. Молодые и не очень девушки пытались его соблазнить или попасть хотя бы в разряд любовниц. Однако, заняв столь высокое положение в обществе, герцог с женщинами вел себя максимально корректно, лишь шутил, смеялся и целовал ручки. Ничего более серьезного он себе не позволял, поскольку нежно любил жену и трех сыновей, старшему из которых только исполнилось десять.

39
{"b":"170934","o":1}