ЛитМир - Электронная Библиотека

— Идет.

— Тогда я провожу тебя к особняку, где для тебя подготовят комнату. Надеюсь, ты сможешь войти в единый ритм с этим местом. Это очень важно. Ты умеешь медитировать?

— Нет.

— Что ж, я тебе помогу. Предупреждаю — в твоём обучении будет больше медитаций, чем тренировок. Упражнений же не будет совсем. И ты должен поверить. Ты должен довериться нам безоговорочно.

— Как понимаю, вы собираетесь вкладывать в меня все эти навыки магически?

— Не совсем. Мы намереваемся вкладывать эти навыки тебе в мышцы. Далее в ходе первичной проработки ты воспримешь их в полном объёме.

Я с сомнением оглядел Энию. Что подкрепляло меня в желании верить ей, так это позиция Аштии. Аштия считала, что семейство Одей — не мошенники, а она не из тех людей, кого можно обмануть. К тому же, как можно понять, она сама у них училась. Достаточная рекомендация, даже для такого недоверчивого типа, как я.

— Ну что ж… Согласен.

— Хорошо.

К этому моменту мы уже углубились в рощу, оставив позади волны, ветер и простор, а заодно и Равесмала, задумчивого и замкнутого. Тропинка, плавно поднимавшаяся по склону горы, развернулась вширь уже за пределами рощи, обратившись аккуратным лужком и вымощенной булыжником площадкой. По краю этой площадки проходила дорога, являвшаяся границей владений семьи Одей. У аккуратного приземистого особняка, сложенного из серых булыжников, крытого уютной черепичной крышей, нас ждали двое: госпожа Солор и неизвестный мне поджарый невысокий мужик лет пятидесяти на вид (вообще, конечно, больше, в Империи богатые и знатные живут намного дольше простолюдинов и несколько дольше, чем самые долгоживущие из моих соотечественников — спасибо магии), абсолютно седой, с тремя выразительными шрамами на лице. Эния взмахнула рукой в его сторону.

— Это мой отец, глава нашей семьи и наш мастер.

— Приветствую, боец, — Болхат Одей Самиш сложил руки перед грудью, вежливо поклонился. — Что решил?

— Приступает, — лаконично ответила за меня девушка.

— Тогда до вечера. Сегодняшняя ночь будет насыщенной. Мое почтение госпоже Солор, — на этот раз поклон последовал в адрес Аштии. Глава семейства Одей прихватил дочь, и они мигом пропали в зелени. Где уж там звуки шагов — передвигалась эта пара абсолютно бесшумно.

— Ну, что скажешь? — полюбопытствовала Аштия, дождавшись, когда мы остались с ней вдвоём.

— Ты готова платить такие сумасшедшие деньги — ради чего? Что мне предстоит на службе, для чего требуется такой уровень мастерства?!

Женщина ответила продолжительным взглядом.

— Ничего особенного не предстоит. Но старт я тебе постараюсь дать максимальный. Думаешь, я не испытываю благодарности за тот твой выбор? Испытываю, и ещё какую. Ниршав тогда верно сказал: «Ты не пожалеешь». Он сказал, а я сделаю. И деньги, и обучение, и задел для карьеры будет в лучшем виде. Всё дальнейшее зависит только от тебя.

— Ты вовсе не должна это делать.

— Мой долг я определяю сама, Серт. Не волнуйся, не обеднею от того, что поспособствую превращению тебя в бойца экстра-класса. Заодно это поможет и мне. Ты — хороший парень. Ты можешь быть мне полезен.

— А не боишься, что я сяду тебе на шею? — И рассмеялся, давая понять, что шутка есть шутка. До сих пор ещё я не был уверен наверняка, какой тон и какую фразу кто из местных как способен воспринять. Чужая ментальность, чему тут удивляться? У них свои шутки и даже своя брань, которую я ещё толком не усвоил. Хорошо хоть моя собеседница прекрасно помнит о моём происхождении и никогда не спешит обижаться.

— Нет, не боюсь, — ответила она совершенно серьёзно. — За годы на своём посту я научилась безошибочно определять степень склонности собеседника к нахлебничеству. И чувствовать, когда следует вернуть человека в рамки реальности. Тебе до этой грани ещё очень далеко. И это не может не делать тебе чести.

— А тебе попадались люди, вообще не склонные садиться другим на шею ни при каких обстоятельствах?

Аштия усмехнулась.

— Нет. Самым разумным в этом смысле достаточно указать, что они забылись, и всё приходит в норму. Однако я предпочитаю не устраивать людям проверки на разумность. Поэтому и даю тебе только возможность, но не гарантию. Сделав себя крупным военным чином, ты только себе и будешь за это обязан. Потому что всего добьёшься самостоятельно, воспользовавшись данным мною шансом. Вот и всё.

— Спасибо.

— Десять дней, Серт. После чего у тебя будет два дня на то, чтоб провести их с женой — и ты отбываешь в учебный лагерь. Где будешь знакомиться со своим отрядом и тренироваться. Возможность поддерживать полученный уровень тебе предоставят.

— Ясно.

— Давай. Погуляй, по берегу поброди, расслабься. Всё будет отлично. Мы скоро снова встретимся. — И она, подняв руку в прощальном жесте, заспешила туда, где её ждал экипаж. У главы Вооружённых сил Империи было очень много дел. Чудо, что она смогла выделить добрых полдня на мои нужды.

Мне отвели удобную, хоть и не слишком большую комнату в приземистом каменном особняке. Собственно, кроме кровати, высокого сундука для вещей и по-японски низенького столика тут ничего и не было. Поэтому комнатка скромных размеров казалась вполне просторной. Мне принесли одежду, которую предстояло носить всё время обучения, показали столовую, залу отдыха, где, судя по её виду, не особенно-то часто отдыхали.

Слуги, работавшие здесь, передвигались по застеленным циновками полам с бесшумностью змей. Можно было ожидать, что, поскольку Одей привыкли иметь дело с очень богатыми людьми, обслуживание будет на высоте. Что ж, я не прочь побыть в шкуре очень богатого клиента.

Обед меня уже ждал. Да, угощение на уровне лучших столичных домов. Разглядывая многочисленные мисочки с соусами — к мясу, как и положено, подали три, к овощам четыре, а к хлебу шесть разных — я с грустью подумал о жене. Моресна уже привыкла к моим вкусам и к каждому кушанью подавала только одну какую-то приправу.

Но с Моресной мне предстоит увидеться не раньше чем через десять дней. Если я вообще переживу здешнюю методику обучения. Она рассчитана на местных, мало ли, как себя покажет на мне. Вдруг не перенесу вообще? Конечно, в этом случае школа попадёт на большие деньги, но мне-то уже будет всё равно…

Не стоит о грустном. Жизнь прекрасна, несмотря ни на что.

После благополучного возвращения нашей троицы из демонического мира, а потом и с поля боя, прошло чуть больше двух месяцев. Аштия явно дала понять, что теперь мне не придётся мучительно размышлять, к чему бы себя пристроить и откуда брать деньги на содержание семьи. Это успокаивало — я уже успел оценить, как это приятно, когда жизнь идёт себе по накатанной, и последующий день является логичным продолжением предыдущего.

Деньги мне передавались своевременно, и столь же своевременно секретарь Аштии намекнул, где и как я могу снять приличествующий моему новому положению дом. Чрезвычайно своевременно, если учесть депутации соседей, приходивших к дверям моего дома каждое утро и каждый вечер, и всё со своими заботами. В их глазах я был представителем высшего сословия, сословия воинов, притом не из низов этого сословия, как раньше. Я был офицером, а потому по местным традициям мне полагались ошеломляющие почести, изрядные привилегии — и обязанность решать проблемы низших.

То сын соседки, напившись, разбуянился. Как откажешь в помощи почтенной, потрёпанной даме? Тем более что это требует всего-то пары ударов кулаком и раздражённого рявка, после чего буян утихомиривается и послушно отправляется спать на сеновал. То какие-то отморозки залезли в погреб к другому соседу, выходить с пустыми руками отказались. В чём проблема? Я повыкидывал их из погреба сравнительно легко, почему-то мне они сопротивлялись без особой охоты. Может, побоялись получить «когтями» по физиономиям?

Конечно, всё это не требовало больших усилий. И прошения, которые мне несли, легко можно было передать главному секретарю госпожи Солор — он брал их всегда, лишь иногда ворчал, что прошение явно не по военному ведомству, но ладно уж, он перешлёт, куда следует. И понять соседей тоже было просто. Через чиновничьи канцелярии прошения шли долго, передать их напрямую большому начальнику означало намного быстрее и проще решить свои проблемы или получить аргументированный отказ. Но мне как-то не улыбалось половину своего скудного свободного времени тратить на чужие заботы.

3
{"b":"144568","o":1}