ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
В огненном плену
Рыжеволосая Женщина
Пока ты не спишь
Продавец обуви. История компании Nike, рассказанная ее основателем
Научиться быть ведьмой
Питерская Зона. Запас удачи
Телохранитель для демона
Файролл. Два огня
Другая жизнь оборотня
МЫ 
В контакте
RSS

Виталий Сертаков

Останкино 2067

1. Человек за ширмой

– Итак, вы ударили девушку по лицу. И после этого она разделась догола?

– Вот еще, не передергивайте. В лифте она только расстегнула плащ.

– Простите, вам не показалось, что она испытывала недовольство?

Человек за ширмой раздраженно заворчал:

– Что за ерунда, Милеша вела себя абсолютно естественно. Ей нравилось подчиняться.

– Что было на ней одето, кроме плаща?

– Серые туфли с такой, знаете… змейкой вокруг лодыжки. И кружевное белье.

– Хеви-пирс, тату, скрабстил, принты?

– Я же сказал – в лифте только расстегнулась. Был виден живот, со «светлячком» в пупке, и… Знаете, капитан, мне мешает ваше сопение и эта ширма. Мы что, не могли общаться через сеть?

– Господин Костадис, мне самому неловко, но сейчас как раз случай применения особой процедуры дознания. Общение в сети исключено.

– Мне неприятно. Мы словно прячемся друг от друга. Ладно, валяйте дальше, потерплю!

– Вы настаивали, чтобы Милена разделась? Вы ее ударили?

Вместо ответа человек за ширмой громко вздохнул.

– Господин Костадис, пока я не нахожу в ваших действиях ничего предосудительного. Порог насилия не был превышен. Но без заключения о полной безопасности мы не отважимся даже на пошаговый проход. А без вашего разрешения я могу исследовать только стрим девушки. Вы предоставите свой стрим для просмотра?

– Свои мозги ковырять не дам.

– Что ж, это ваше право.

Снова хриплый смешок. Человек за ширмой отпил воды из стакана.

– Здорово их тряхануло, да?

– Господин Костадис, как официальное лицо, я не могу давать личных оценок.

– Для дознавателя экспертного совета вы очень молоды.

– До того, как получить приглашение в Останкино, я отработал шесть лет в специальном отделе.

– Да ладно, я не хотел вас обидеть! Просто впервые вижу… точнее, впервые слышу открытого перформера.

– Никакой обиды. Господин Костадис, вернемся к лифту. Вы уверены, что это был ваш дом и ваш лифт? Возможно, стены поменяли расцветку, изменилась форма светильников, высота потолков?

– Вы знаете, что я не употреблял ни алкоголь, ни драг. Я не служу в полиции, у меня на ладони нет универсального принта. Как, по-вашему, я сумел бы пройти в чужой жилой блок?

– Как я понял, машину вел автопилот. Вы пытались проявить инициативу в машине? Можете вспомнить, что Милена вам говорила?

– Она вообще редко открывала рот. Я приказал снять гирлянду. У нее в волосах была очень милая гирлянда, настоящий фейерверк, но мне хотелось потрогать живую женщину, а не елочное украшение. Она послушалась и распустила волосы. Ладно. Тогда я приказал снять нижнюю часть комбинации. И чтобы при этом смотрела мне в глаза, не отрываясь. Милеша сделала, как я хотел. Она откинулась, подняла ноги вверх…

– Господин Костадис, не было ощущения, что она смеялась?

– Нет, я бы сразу заметил. Она была очень серьезна. Она… Вот вы работаете на корпорацию, а сами не понимаете простых вещей! Неужели не ясно, что клиент как раз и платит за искренность? Да кто бы купил у вас эти хреновы сценарии, если бы в них снимались обычные актеры?! Я сам приложил руку к индустрии. Уж как-нибудь отличу правдивое чувство от фальши! Понятия не имею, кем Милеша увлекалась месяц назад, и из какой деревни вы ее вытащили, но сейчас она влюблена в меня!

– Извините, господин Костадис. Вы не допускаете, что перформер может играть внутри сценария? Обычная женская хитрость, или, если угодно, каприз, коварство. И пожалуйста, не заводите себя так, иначе врач прервет нашу беседу. Я слушаю вас.

– Ладно, ладно… Я спросил Милешу, что она желает выпить. Потом протянул руку и ждал, пока она освободится от белья. Она подала свои прозрачные кружева, я положил их в карман. Затем мы подъехали к гаражу, пилот открыл ворота и вызвал лифт… Слушайте, молодой человек, эта девочка – всего лишь сценарный перформер. В чем вы ее подозреваете?

– Я обязан рассмотреть любые версии. Пентхаусы такого уровня обычно неплохо охраняются. В отчете подчеркивается, что девушка не касалась панели замка. Но почему ее зафиксировали лишь камеры в гараже?

Человек за ширмой вздохнул:

– Я приказал «домовому» отключить слежение. Заранее, еще в машине.

– Господин Костадис, прошу прощения, у вас есть разрешение на подобные санкции? Насколько мне известно, самостоятельно отключать видео в частных жилищах имеют право лишь депутаты, сотрудники силовых министерств и офицеры спецслужб.

– Вы невнимательно проглядели мое досье. Напротив линейки статуса – желтый флажок. Я уже шесть лет состою в совете обороны.

– Тогда понятно. Вы зашли в лифт. Что было дальше?

– Мы зашли, я сказал Милеше, чтобы сняла все. Я хотел ее поцеловать. Она отстранилась, я дал пощечину. Милеша застонала… уверяю вас, от удовольствия. Закусила губу, затем расстегнула зиппер. Двери лифта открылись, я указал ей в сторону гостиной. Когда она повернулась, чтобы выйти первой, я взял ее за плечи, и плащ остался у меня в руках.

– Одну секунду! Вы впервые увидели ее обнаженной?

– Нет, первый раз она разделась, когда я покупал ей вечернее платье и белье. Во вторник, в ЦУМе.

– Вы запомнили ее фигуру?

– Ее невозможно не запомнить.

– Ив тот раз у нее на бедрах не было принтов?

– Не было, как и светлячка в пупке. Не было татуажа на… на лобке и на ягодице.

– Однако вы уверены, что к себе домой привели именно эту женщину?

– Что за хренотень! Я не настолько стар, чтобы путать своих любовниц… Погодите-ка, капитан! Вы намекаете на то, что мне могли подсунуть кого-то другого вместо перформера? Близнеца?!

– Пока не знаю. С той встречи Милена сменила цвет волос и прическу?

– Да. Она была блондинкой, но я сказал, что мне не нравится. В последний раз она нарастила «голубое серебро» и убрала волосы под гирлянду.

– Итак, вы вошли в гостиную? Опишите обстановку этого месяца.

– Сейчас у меня там круглый зал, со стеклянным потолком, камином и толстым белым ковром на полу. Я скинул пиджак, подозвал бар и кресло. Сказал ей, чтобы сняла бюстгальтер. Я дал команду «домовому» подогреть пол и держать Милешу в красном конусе, а остальное освещение убрать.

– У вас тонкий вкус. В красном свете ее тело наверняка смотрелось очень соблазнительно.

– Гм… Не то слово. Она блестела, намазалась чем-то ароматическим. А вы сами видели ее раздетой?

– Разумеется, нет. Без решения Совета доступ в сценарий закрыт. Скажите, вы не почувствовали, что ситуация выходит из-под контроля?

– Сначала я увидел дорогие принты. Меня поразило, что при загрузке моего стрима разработчики проглядели такую важную деталь. Начиная от верха бедра и почти до колена обе ее ноги снаружи были покрыты художественным принтом. Что-то вроде джунглей, из которых периодически выглядывают звери, вылетают птицы и прочая ерунда. Не меньше восьми цветов. Впрочем, в остальном парни попали в точку. Вплоть до запаха. Эти сукины дети привели к тому, что уже на третий день я стал подумывать, не купить ли сценарий на всю оставшуюся жизнь, хе-хе…

– Но что-то ведь шло не так?

– Да, все эти украшения. Я приказал ей повернуться спиной, убрать волосы с затылка и положить руки на затылок. Она все делала, как я велел. Встала на коленки, затем нагнулась, опустилась щекой на ковер. Я приказал ей сцепить руки сзади, как будто на ней наручники. Нагнулся и провел пальцем ей по спине. Девчонка вся дрожала, а пахло от нее просто одуряюще. Она не притворялась, она получала кайф от своего положения. Ладно, вы меня понимаете.

– Прекрасно понимаю. Вы вызвали «домового»?

– Да, я хотел шепнуть ему, чтобы включил покадровое слежение в гостиной. В ответ «домовой» отчитался по динамическим параметрам. Ну, все как положено. Бассейн заполняется, температура воды, воздуха в парилке и спальне, влажность и прочая хрень.

1
{"b":"121308","o":1}
МЫ 
В контакте
RSS